Живая память

Газета «Маяк» рассказывает истории живых свидетелей Великой Отечественной войны, которые пробирают до слез.

Со времени Победы в Великой Отечественной войне прошло уже 77 лет. В рамках истории это всего лишь миг, но для человека – целая жизнь. От нас всё чаще уходят свидетели тех страшных событий. Сейчас особо важно общаться с ветеранами, узниками концлагерей, блокадниками, чтобы сохранить правдивую историю для следующих поколений. Мы говорим им огромное спасибо за наши жизни и мир.

К сожалению, в Вологодском районе осталось всего три участника войны, два блокадника, три узника концлагерей, 247 тружеников тыла, 34 вдовы участников военных действий и 1611 детей войны. Они ковали Победу на полях сражений, трудились в тылу, пережили жуткие лишения, чтобы мы могли жить под мирным небом. Каждого из них не оставили без внимания в преддверии великого праздника. Во дворах участников войны организовали торжественные шествия юнармейцев, агитбригады исполнили песни, свидетелей тех роковых событий лично поздравили и подарили презенты глава Вологодского района Сергей Жестянников, депутаты, представители администраций поселений.

«Наш с вами долг – отдать дань уважения и выразить благодарность этим людям за то, что они отстояли честь, независимость и свободу нашей страны, подняли ее из руин и передали будущим поколениям. К сожалению, в истории всё повторяется, и спустя 77 лет мирной жизни мы снова столкнулись с тяжким испытанием. В этой связи сохранение памяти о подвиге наших отцов становится для нас еще важнее. Сейчас мы должны сплотиться, чтобы защитить себя и русскоязычное население, рубежи нашей страны. Русский народ непобедим, и мы уже неоднократно это доказывали», – отметил Сергей
Жестянников.

Александр Иванович Фомичев, участник Великой Отечественной войны:

«Воевал, как и все, выполнял свой долг»

Александру Ивановичу Фомичеву уже 95 лет. Рассказывает, в 1941 году из родного Кубенского уходили на фронт молодые ребята. Сам ушел воевать чуть позже, как только исполнилось 18 лет.

В 1944 году его отправили на Карскую военно-морскую базу, остров Диксон. Он был важной стратегической точкой, через которую противники хотели проникнуть в тыл страны. Александр Иванович и его товарищи отстаивали эту позицию. Домой наш земляк вернулся уже после войны, в 1950 году.

В этом году Александр Иванович вновь стал почетным гостем торжественных мероприятий в селе Кубенском.

Ира Михайловна Щеглова, труженик тыла:

«Честно трудилась, за это мне Бог здоровья дал»

Когда началась война, Ире Михайловне исполнилось всего 9 лет. Но она помогала солдатам, посылая на фронт свои рукоделия.

«Тогда мы жили в деревне. Для фронта вязали носки, шарфы, перчатки. У мамы нас было шестеро, она одна с нами осталась. И всех надо было воспитать и поставить на ноги. Она работала день и ночь, даже не знаю, когда она спала. То вяжет, то прядет... Семья-то большая была: девки шинькают (теребят.— прим. ред.) шерсть, мама прядет, а я вяжу. За неделю мне надо было связать два шарфа, двое перчаток, носки, и всё на фронт отправляли», – вспоминает Ира Михайловна.

Бойцы в ответ отправляли письма благодарности. Правда, случались и конфузы: перчатки, бывало, доставались безруким солдатам.

После войны Ира Михайловна отучилась на зоотехника. Работала дояркой в колхозе в Стризневе. Ее трудовой стаж составляет 48 лет. Позже переехала в Федотово, где живет и по сей день. Пенсионерка бодра и энергична.

«Честно трудилась, за это мне Бог здоровья дал», – отмечает труженица. В июне она отметит свое 90-летие.

Евгения Александровна Селиванова, узница концлагеря:

«Спали на полу на грязных подстилках»

«Когда началась война, мне было два с половиной года. Жили мы в деревне Малая Ящера Ленинградской области. Помню, мы шли на кладбище, а в церкви была служба, и кто­то из соседней деревни сказал, что нас захватили немцы», – вспоминает хрупкая Евгения Александровна Селиванова.

Евгения Александровна попала в конц­лагерь в немецком городе Дера. Пенсионерка со слезами на глазах вспоминает нечеловеческие условия.

«Спали на полу на грязных подстилках. Кормили нас очень плохо. Помню, мне было 5 лет. Мама заболела тифом, и ей разрешили свидание со мной. Я хотела остаться с ней, плакала, но маме нельзя было взять меня с собой», – вспоминает пенсионерка со слезами на глазах те нечеловеческие условия, в которых содержались узники.

После освобождения из плена в апреле 1945 года Евгения Александровна вместе с семьей добиралась домой полгода: где на товарняке, где пешком, где на попутных подводах. Путь был тяжелый, а временами очень опасный. В одну из ночей семья попала под обстрел и чудом выжила.

«Однажды, помню, шли по полю, оно ещё не было вспахано, стерня больно колола ноги. Полю не было конца и края, вечерело, и мы решили заночевать в этом поле. Сделали шалаш, поместили туда и детей, и взрослых. И вдруг началась перестрелка. Стреляли из больших орудий. Мама закрывала меня собой, прижимала к себе двоих сыновей и молилась Богу, чтобы нас не убило. Было светло, как днём, от залпов орудий. Как пережили эту ночь, страшно вспоминать, но в нашей семье все остались живы».

Евгения Александровна Селиванова проживает в поселке Ермаково, ей 83 года.

Михаил Хацкелевич Тавалинский, участник Великой Отечественной войны:

«Не надо, чтобы ещё раз была война. Это страшно»

Михаила Хацкелевича война застала 18-летним пацаном. Он работал на заводе, где испытывал двигатели мотоциклов, потом был направлен в военно-пехотное училище, оттуда  на фронт. Сражался под Смоленском, в Воронеже и на Украине. До Победы не дошёл, после тяжёлого ранения был комиссован. До сих пор перед его глазами стоят страшные бои под Сталинградом, Красноармейском и другими городами.

«Горы трупов, холод, голод. Всё помню до сих пор, потому что это невозможно забыть. Самое страшное было в Сарепте и Красноармейске, что под Сталинградом. Мёртвых тогда просто бросали в вагоны, и никто не жалел об этом», – вспоминает ветеран.

Сейчас Михаилу Хацкелевичу 97 лет. После войны он прошел долгий путь, помогал строить рыбзавод на Дальнем Востоке, а затем приехал в село Кубенское. Он развивал производство и общественную жизнь здесь. До сих пор ветеран живет в Кубенском.

Евгения Алексеевна Ильина, блокадник:

«В восемь лет я весила 13 килограммов»

«Трамвай, в котором моя мама возвращалась с работы, попал под бомбежку. А в декабре 1941-го отец ушел на фронт. Нас с братом отправили в детский дом».

Евгении Алексеевне Ильиной на тот момент было всего семь лет. Страшные годы блокады Ленинграда не может забыть до сих пор. Помнит всё до мельчайших подробностей.

«В восемь лет я весила 13 килограммов. Нам выдавали 125 граммов хлеба, жидкую похлебку. Еды не хватало. Спали на голом полу без одеял даже зимой. Один раз в корпусе прорвало трубу, и я отморозила ноги. Почти пять месяцев не могла ходить».

Из блокадного Ленинграда юной Жене удалось выбраться по Дороге жизни через Ладожское озеро. Затем Евгения Алексеевна снова попала в детский дом, но уже в Ярославской области. В Рыбинске она получила медицинское образование, переехала в Киргизию и более 40 лет трудилась фельдшером-акушеркой. Теперь живет в Семёнкове. Ей 88 лет.

Георгий Фёдорович Оленев, участник Великой Отечественной войны:

Георгий Фёдорович вспоминает, Великая Отечественная война силь­но отразилась на жизни его семьи. В 1941­-1945 годах в их доме в Майском поселении находились военные, которые рыли окопы и оборонительные сооружения около деревень Деревенька и Парухино. Приходилось терпеть и голод. При этом Георгий Фёдорович помогал матери в сельском хозяйстве, возил картофель и хлеб на вокзал. Оттуда продукты отправляли на фронт.

«На войну ушел отец, но домой не вернулся, умер в феврале 1945 года. Не вернулись и три родных дяди: Иван, Михаил и Николай».

Самого Георгия Фёдоровича призвали в армию, как только исполнилось 18 лет. Служил в учебной части в Вологде сержантом, потом в Великоустюгском военно-пехотном училище. После этого Георгия Фёдоровича перевели в Петрозаводск. Когда война закончилась, отдавал долг Родине в Белорусском военном округе, затем в Кандалакше Мурманской области до 1951 года. После семилетней службы вернулся домой, стал работать в совхозе шофером до выхода на пенсию. Общий трудовой стаж – 47 лет.

В октябре этого года Георгий Фёдорович отметит 95-летие. У него большая дружная семья. Двое детей, два внука и четверо правну­ков. Папу и дедушку любят, заботятся и постоянно навещают. В День Победы все собрались за одним столом в семейном доме в деревне Горке.

Вячеслав Григорьевич Марченков, узник:

Вячеслав Григорьевич Марченков попал в немецко­фашистский лагерь в три года. Его вместе с двумя братьями, сестрой и матерью вывезли из Брянской области во время немецко­фашистской оккупации в город Резекне в Латвии.

«Моя бабушка с четырьмя детьми трое суток пряталась от немцев на болоте в деревне Старая Погощь в Брянской области. Беглецов немцам выдал местный житель. Женщин и детей отправили в концлагерь в Латвии, а что стало с мужчинами, до сих пор неизвестно, потом нашли только одежду дедушки, – рассказывает дочь Вячеслава Григорьевича Ольга Тараканова. – В лагере пленных не кормили, маленький папа уже умирал, но одна женщина сжалилась над ним, развела сахар в воде и залила ему жидкость в рот, так ребенок и выжил. Потом узников раздали в рабство латышам, бабушка работала в одном доме по хозяйству, папу с ней оставили, а старших детей раздали по семьям».

В победном 1945 году мама Вячеслава Григорьевича отыскала всех детей. Они вернулись в Брянскую область. После армии Вячеслав Григорьевич переехал на Сахалин, женился. Всю жизнь работал машинистом в нефтяной промышленности, а на пенсии переехал по обмену в Вологодский район. Сейчас живет в деревне Кирики-­Улита Спасского поселения. У него трое детей и шестеро внуков.

Вера Николаевна Гуляева, блокадник:

Вера Николаевна Гуляева родилась в Ленинграде в сентябре 1939 года. Когда началась война, отец Веры ушел на фронт. В 1944 году он погиб на Карельском перешейке. Пенсионерка до сих пор бережно хранит и Книгу Памяти, и пожелтевшую от времени газету «Призыв», в которых говорится о гибели отца.

Воспоминания о блокадном Ленинграде у Веры Николаевны нечеткие, так как она была маленькой. Ее, как и троих старших братьев, мать и бабушку, вывезли в 1943 году по Дороге жизни во время эвакуации.

«Сегодня, когда есть уже можно досыта и не бояться за завтрашний день, я всё равно помню и чувствую этот ужас голода. Каждая корочка хлеба для меня бесценна. Наверное, как и для всех, кто прошел этот голодный путь блокадного Ленинграда», – делится Вера Николаевна. Сейчас она живет в поселке Майский.

Эмилия Петровна Власова, блокадник:

«Я на всю жизнь запомнила, как мы ехали в товарных вагонах»

Родина Эмилии Петровны – деревня Гантулово Ленинградской области – восемь месяцев находилась под фашистскими бомбежками. Зима 1941-го выдалась особенно холодной. Ситуацию усугубляло и то, что семья оста­лась без крова. Во время одной из бомбежек сгорел дом. И Эмилия вместе с братом Вильямом и мамой Анной-Марией Абрамовной перебрались жить в погреб, больше похожий на землянку.

«Было очень страшно, я помню эти бомбежки. Боялась, что снаряд в землянку нашу ударит, нас бы тогда заживо похоронило», – вспоминает Эмилия Петровна.

В апреле 1942 года Эмилию вместе с братом и мамой вывезли из Гантулова на поезде в Вологду.

«Я на всю жизнь запомнила, как мы ехали в товарных вагонах, прижав­шись друг к дружке, сидели на полу. Народу было много, такая серая, исхудавшая, измученная и голодная масса людей. В пути нас немцы постоянно бомбили», – вспоминает Эмилия Петровна.

Дорогой мама Эмилии умерла от голода, ведь всю еду, которая была, она отдавала своим дочке с сыном. Когда состав прибыл на вокзал города Вологды, то пути Эмилии с братом разошлись: его отправили в детский дом, ее – в дом ребенка. Спустя некоторое время сестре и брату помогли встретиться знакомые приемной семьи, где воспитывалась Эмилия.

«День снятия блокады для меня не праздник, как 9 Мая. У этого дня все­таки больше горечи, страданий, по­терь».

Сегодня Эмилия Петровна проживает в Васильевском. В поселке ее знают практически все – в школе она проработала несколько десятков лет.

Поделиться этим материалом
ЕЩЕ МАТЕРИАЛЫ ИЗ РУБРИКИ