ПОСТАВИМ ПАМЯТНИК ПЧЕЛЕ

Немного об истории зарождения пчеловодства в Вологодском районе

В доме культуры села Остахово шла встреча владельцев пасек, организованная районным обществом пчеловодов. Говорили о передовом пасечном опыте, о прошлом и настоящем вологодского пчеловодства. И вдруг Николай Голяков, пчеловод из деревни Павлово, сказал:

– Смеяться, наверное, будете, но признаюсь: есть у меня мечта сделать большой и красивый улей. Срубить его на мху, из бруса, метра два длиной, чтобы поселить в этом улье четыре пчелиные семьи. Поставить сказочный домик на курьей ножке, с причудливой крышей и настоящими пчелами у самой дороги, чтобы люди не забывали, сколько добра делает миру маленькая пчела…

С этой встречи прошло пять лет. И вот опять, теперь уже из уст главы Майского сельского поселения Михаила Басалаева звучит предложение поставить памятник пчеле в поселке Майский («Маяк», 2019, № 9).

Памятник местной медоносной пчеле и впрямь следовало бы поставить в Вологодском районе. Но, скорее всего, там, где было положено начало рамочному, на научной основе, пчеловодству на Севере России.

Случилось это в середине 19 века. Именно тогда на средства Министерства государственных имуществ Российской империи в России было открыто восемь учебных ферм для «распространения практических знаний в области сельского хозяйства среди государственных и помещичьих крестьян». Одна из таких ферм начала действовать в 1843 году в Вологодском уезде. На землях Борисоглебской казенной лесной дачи (в окрестностях современного села Северная Ферма) воспитанники учились прогрессивным методам работы в животноводстве и полеводстве, а заодно приобретали практические навыки ведения садоводства и огородничества.

Интерес к пчеловодству появился у руководства фермы позднее. Обратить особое внимание на эту «полезную для крестьян» отрасль побудили «частные, довольно удачные примеры пчеловодства в некоторых местах здешнего края». В материалах обследования Вологодского губстатотдела за 1928 год, действительно говорится, что, по рассказам старожилов, пчеловодство в Вологодском уезде было известно уже в 1809 году (Сады и пасеки в Северном крае, Архангельск, 1931). Однако и к середине 19 века пасеки встречались нечасто, а пчелы содержались в дуплянках или в колодах, в то время как в других регионах уже активно входили в жизнь рамочные ульи.

В 1848 году Северная учебная ферма купила первые четыре пчелиных семьи. Уход за ними был поручен ученику Петра Ивановича Прокоповича, «нарочно присланному» в вологодскую глубинку Департаментом сельского хозяйства. Воспитаннику известного ученого­пчеловода, изобретателя «совершенного», как он сам называл свое творение, рамочного улья надлежало приложить все усилия «для развития здесь этой отрасли промышленности».

Из отчетов Министерства государственных имуществ и Департамента сельского хозяйства, опубликованных в ведомственных журналах, можно проследить, как год от года менялись «состояние и действия Вологодской учебной фермы», в том числе в области пчеловодства.

В 1848 году две из приобретенных семей «в то же лето перегнаны во втулочные ульи Прокоповича. Остальные оставлены в колодах. В следующем, 1849 году куплено еще 12 ульев, и от всех 16­ти получен 21 рой молодых пчел. За соединением слабых роев по два в один осталось на зиму 28 ульев. В этом году продано было, за оставлением нужного для пчел запаса, меда 5½ пуда и воска ½ пуда. Все купленные рои, а равно и полученные от них, перегнаны во втулочные ульи, которые с приближением холодного времени, до открытия весны, сохранялись в теплом омшанике с печкою».

Пчеловодное хозяйство Северной учебной фермы обзаводилось всем необходимым для грамотного ведения дела по методу Прокоповича. На другой же год на территории фермы была обустроена постоянная пасека, построены омшаник, изба для пчеловода, амбар и сарай для хранения меда и пустых ульев. «Для кормления пчел летом» высевались на грядах разные медоносные растения: синяк, который периодически погибал и вновь подсевался, сурепица, горчица, мак, мелисса. Кроме того, содержанию пчел летом хорошо помогали возделываемый на полях фермы клевер, дикорастущая и садовая малина.

В отчетах уточняется, что 1850 и 1851 годы не дали никакой прибыли пчел. Но особенно неблагоприятным для пчеловодства был 1852­й год. «В этом году на ферме было выставлено на лето только 8 ульев; остальные же 20 пропали частью от потери маток, частью же от того, что пчелы, по причине продолжительной зимы, содержались в омшанике целым месяцем дольше против предыдущих лет. От этого период взятки наступил поздно, и слабые пчелы не роились вовсе, а более сильные дали только три новых роя, которые и употреблены на подкрепление старых».

Погода не радовала вологодских крестьян. Необыкновенно холодны, говорится в отчетах, были также весна и начало ле­та 1853 года. Семьи не роились, и в 1854 году ферма опять
покупала новых пчел.

Прогноз специалистов по итогам первых шести лет работы пасеки был неутешительным.

«Если и на этот раз (после зимовки 1854/55 годов – прим. автора) пасека не увеличится, то это будет явным доказательством, что лесистая местность фермы, при почти восьмимесячной зиме, не благоприятствует пчеловодству, ибо в отношении обеспечения пчелами летнего и зимнего корма приняты все возможные меры, вполне уже оправдавшиеся».

На пасеке вводятся дополнительные меры предосторожности. В целях лучшего сохранения семей старых пчел больше «не перегоняют вдруг из пней во втулочные ульи». И несмотря на неудачи, пасека развивается, в хорошие годы на ней насчитывается до 46 ульев. Одновременно растет интерес населения к пасечному пчеловодству.

«…Пчеловодство фермы нашло себе подражателей между окрестными помещиками, – отмечается в очередном обзоре Департамента сельского хозяйства. – Некоторые из них каждое лето отдают своих крепостных людей в это заведение для обучения уходу за пчелами и завели у себя, по образцу фермы, втулочные ульи. Они находят, и не без основания, выборку меда из таких ульев более выгодною и удобною и старательный уход за пчелами более возможным, нежели при содержании обыкновенных колод».

Радует Департамент и качество меда, добываемого на ферме. Он «отличается от поступающего в продажу из других пасек чистотою, белизною и особенным ароматом. Причиною тому устройство втулочных ульев. Фермерский мед ежегодно отправляется для продажи в г. Вологду, где охотно раскупается по цене от 25 до 30 коп. за фунт, или от 10 до 12 руб. за пуд, тогда как мед лучшего сорта из других пасек продается не дороже 8 руб. пуд».

Вскоре после отмены крепостного права Северная учебная ферма была упразднена. Но судя по оценкам Департамента сельского хозяйства, учебная пасека все же подтвердила возможность развития на севере России пасечного дела и пробудила интерес к «рациональному» (рамочному) пчеловодству у местного населения.

Насколько важен был положительный пример пчеловождения на Севере России, говорят такие факты. В 1854 году управляющий Северной учебной фермой Ф. Кен совершил «агрономическое путешествие» на восток Вологодской губернии. Проехав от Вологды через Кадниковский, Тотемский, Никольский, Устюгский, Сольвычегодский уезды, он написал в журнале Министерства государственных имуществ, «что по всему проеханному мною пространству мне не удалось видеть ни одного улья». Ф. Кен слышал лишь, что очень развито пчеловодство у крестьян Никольского уезда, живущих по течению реки Вохмы…»

Такая же картина наблюдалась в Череповецком и соседних с ним уездах, принадлежавших тогда Новгородской губернии. В статье «Поездка к молодым пчеловодам» директор Череповецкой учительской семинарии Николай Исаин замечает, что до 1889 года во всем Череповецком уезде было 3­4 пчеловода. Николай Трифонович заводит при учительской семинарии учебную пасеку с рамочными ульями Левицкого и начинает продвигать пчеловодные знания среди воспитанников семинарии, священников и учителей.

Вологодский уезд также не оставляет попытки повысить интерес крестьян и учителей к пчеловодству. Опираясь на опыт Северной учебной фермы, Вологодское уездное земство в 1892 году учреждает в имении помещика Александра Еремеева Остаховскую низшую сельскохозяйственную школу. И уже в 1896 году, по ходатайству совета школы, земство выделяет финансы для устройства в Остахове пасеки «учебно­демонстративного характера», а в 1897 году помогает открыть склад пчеловодных принадлежностей. В эти же годы при школе начинают открываться месячные и полуторамесячные курсы для народных учителей по огородничеству, скотоводству, а также пчеловодству. За три года подготовку на курсах прошли 33 человека из Вологодского, Грязовецкого, Кадниковского, Никольского и других уездов губернии. В 1899 году местные пчеловоды уже принимали участие в сельскохозяйственной выставке при школе, устроенной по предложению Министерства земледелия.

В обзоре восьмилетней деятельности учебного заведения управляющий школой В. Спирин подчеркивал:

«Вологодское уездное земство, организуя при школе пасеку и открыв параллельно склад пчеловодных принадлежностей, значительно поддержало пчеловодов­крестьян, дало им возможность перейти от дупляничной системы к более правильному ведению пасечного хозяйства – рамочному пчеловодству. В настоящее время рамочные ульи в окрестностях Остаховской школы встретить уже не редкость. В пасеках крестьян появились дымари, заменив собой горшки, которыми подкуривались пчелы, ножи пчеловодные значительно облегчили вырезку меда; сетки, роевни, клеточки для маток – облегчили вообще уход за пчелами…»

Управляющий сельскохозяйственной школой просит земство и в будущем не отказывать в поддержке этой отрасли, «дать ей окрепнуть и встать на прочную почву».

На рубеже веков Земская управа принимает решение о преобразовании Остаховской сельскохозяйственной школы второй ступени в школу первой ступени. И буквально в первые годы нового, 20 века, в управе появляется специалист по пчеловодству. К концу 1903 года разъездной земский пчеловод Гребенев обследовал все пасечное хозяйство уезда. По итогам впервые проведенной регистрации пасек, по общему числу ульев впереди шли Вепревская (379), Братковская (316), Несвойская (305), Кубенская (300) волости. Братковская, Кубенская, Нефедовская волости занимали первенство по количеству рамочных ульев (от 105 до 177).

Весь сезон 1904 года уже новый разъездной земский пчеловод Выдрин путешествует из волости в волость, с пасеки на пасеку, консультирует и помогает пчеловодам практически. Агроном Вологодского уездного земства Кушныренко­Кушнырев в отчете за этот год замечает, что «заявлений и просьб о посещении пасек поступает столько, что зачастую ему ни на один день нельзя прекратить свои разъезды…». К 1905 году в уезде уже насчитывалось 696 пасек и 3916 ульев, 910 из которых были рамочными.

Бедность населения, малое знакомство с жизнью пчел, зависимость от скупщиков, по мнению все того же Кушныренко­Кушнырева, создавали земству широкое поле деятельности на много лет вперед. Объем нагрузки на разъездного пчеловода в эти годы предлагается еще больше увеличить: в зимнее время ему надлежит вести беседы с пчеловодами, изготовлять некоторые пчеловодные принадлежности, а летом еще и вести практические занятия на учебной пасеке в Остахове. Расширяет свою деятельность и склад пчеловодных принадлежностей, большей частью переведенный из Остахова в Вологду. Его услугами пользуются пчеловоды Грязовецкого, Кадниковского и других уездов.

Через 20 лет (в 1927 году) в Вологодском уезде уже числилось 2942 пасеки. На зимовку были убраны 12 тысяч ульев, из которых почти девять тысяч – рамочные.

По рассказам ветеранов, в 30­е годы прошлого века пчелы были почти в каждой деревне Вологодского района.

Даже если учесть, что границы района не совпадают с границами Вологодского уезда и что велики погрешности в современной отчетности, все равно цифры о количестве довоенных пасек и ульев впечатляют. Разорительная Великая Отечественная война, постоянно меняющиеся условия хозяйствования на селе, неоднозначное отношение власти к личным подсобным хозяйствам сделали свое недоброе дело. В настоящее время условно только каждая третья из оставшихся в районе деревень имеет пасеку. Но и за это надо сказать спасибо тем, кто в последние десятилетия вспомнил науку предков и на свой страх и риск занялся разведением пчел на вологодской земле.

Возможности для развития пчеловодства у нас неограниченные: эксперты утверждают, что медоносная база области позволяет брать 70 тысяч тонн меда в год, а не 200­300 тонн, как сейчас. У людей тут по­прежнему широкое поле деятельности.

Ну а памятнику медоносной пчеле в Вологодском районе – быть. Только не в поселке Майский, там пчеле и разгуляться негде, а в селе Кубенском. В Кубенском не проводятся конкурсы пчеловодного мастерства, но в округе много опытных, потомственных пчеловодов, а в селе ежегодно проходит бойкая ярмарка «Кубенский торжок». К тому же в Кубенском интересно работает районный краеведческий музей. Да и «родина» современного рамочного пчеловодства поблизости. И первое предложение об открытии необычного памятника пчеле тоже поступило с той, остаховской, стороны.

Нина Чухина.

Фото автора.